Юлия Кулинченко - От топота копыт [СИ]

– Пояс-то небось подружка на память выдала, дабы в наймах кого не нашел? – серый залихватски подмигнул.

Только тут сообразила, какую глупость сделала. Да если написать на лбу: «Девица из Топотья», и то не так заметно будет, лоб хоть челкой прикрыть можно. А тут-то в поясе и орнамент девичий и общины нашей рисунок, любой сородич сразу распознает, тем более тот, кто в соседней деревне половину зим прожил. Я отчаянно покраснела. Проклятые конфеты насмерть склеили челюсти, и вместо оправданий получилось какое-то чавкающее фырканье.

– Да не тушуйся ты – кентавр от души рассмеялся, – Все мы когда-то зелеными были. Если и правда в наймы собрался, меня Вритом зовут. В гильдии спросишь, чем смогу-помогу, в крайнем случае в свой отряд возьму. Ну бывай, молодой!

Когда конфета наконец прожевалась, о сером напоминал только далекий цокот копыт по мостовой. Еще не поверив в такую удачу, я ринулась обратно к цирюльне. Подумать только, не распознал! Правда за парня принял! Нет, вот от пояса надо избавляться, чем быстрее тем лучше! Вдруг, в следующий раз ветра не отведут, насижусь под замком как в Круже.

Под копыта чуть не влетел невысокий мужичонка. Я раздраженно махнула хвостом и не успев рявкнуть на недотепу, удивленно замерла. Передо мной стоял травник, собственной персоной. Честно говоря, встреть я парня просто на улице, прошла бы мимо не признав. Его без того короткие волосы, сравняли почти на лысо, оставив лохматые полосы на висках и выкрасив их иссиня черный цвет. Под носом Грая откуда-то появились вислые смоляные усы а цвет глаз каким-то чудом поменялся с серого на карий.

– Хорош? – парень, откровенно красуясь, повертелся и взмахнул руками.

– Ужасен! – я подобрала челюсть и скептически оглядела спутника, подавив стойкое желание подергать за ус, – На орка из Синей степи похож. В шкуру вместо рубахи и штанов завернуться и будешь точь-в-точь! С глазами тебе что сделали?

– И пусть похож, – Грай ничуть не огорчился сравнению, – Зато не узнанным останусь. А в глаза настой закапали. На месяц в среднем хватает.

Я поморщилась но решила не лезть со своим мнение, тем более травник сам разберется что можно капать а что нет. Вкратце рассказала про встречу с кентавром, сошлись на том, что на глаза ему больше попадаться не стоит. Еще через час прикупили мне в ближайшей лавке новый нательный пояс, без всяких узоров, забрали вещи с постоялого двора, и вскоре уже стояли у ворот Антарской гильдии наемников.

Глава 27

От стойкого луково-перегарного запаха в караулке стражников сразу заслезились глаза. Одинокий привратник, толстый неопрятный мужик с узенькими поросячьими глазками, едва удостоил нас вниманием и даже не записав имена, спровадил к вербовщикам.

Гулко топая копытами, я с любопытством вертела головой. Каменные плиты во внутреннем дворе перемежались с яркими цветочными клумбами и развесистыми фруктовыми деревьями, словно на деревенском подворье каком. Кто интересно тут за цветочками ухаживает, неужто сами воины из тех, кто постоянно при гильдии живет?

Чуть в стороне от нас на утоптанной травяной площадке тренировалась пара крепких мужчин. Грай приостановился, с завистью вглядываясь в блеск металла и ловкие движения бойцов, и с восхищением протянул:

– Итка, ты глянь только, во дают!

Я лишь пожала плечами, не понимая, что удивительного в размахивании саблями.

– Идем, подумаешь, дерутся.

– Да что ты понимаешь! – возмущенно вскинулся спутник, – Это, между прочим, Кованского халифата бой! Да там простейшим движениям научиться, только зим десять надо. А уж от сложных приемов, навроде «морской ласточки», ни знаючи, так вообще не защитишься, в миг голову с плеч снесут! А ты «дерутся»!

Пришла моя очередь останавливаться, обиженно потряхивая хвостом.

– Ты Грай, иногда такие вещи говоришь, что диву даюсь, где про это можно было услышать? Вот только я, если забыл, действительно не свия не понимаю и с оружием вообще дел не имела. Могу про ножик кухонный рассказать: c какой стороны за него браться надо, дабы половину пальцев себе не отрезать! И ласточку я только одну знаю, с крыльями!

Парень немного поумерил пыл и примиряюще развел руками.

– Прости, увлёкся. «Ласточка» это прием такой, когда резкий тычок скрещенными клинками и размах уже по телу противника. Нас в ордене учили. Но больше на словах, конечно. Мастера боя кованского, ой как редко встречаются, вот я и удивился, когда этих двоих увидел.

За разговором мы не заметили, как дошли до резной двери с торца массивного здания. На мое счастье, обошлось без ступеней и высоких порогов. У входа отирались два вертлявых субъекта с такими вороватыми бегающими глазками, что я испуганно прижала руку к карману рубахи, где с готовностью звякнули монеты. Еще у ворот мы на всякий случай разделили оставшиеся злоты. Хватило как раз по три на взнос и ажно по целому одному на жизнь. Странные типы вежливо пропустили нас вперед, один даже дверцу попридержал, и шмыгнули следом.

За дверью нас встретил оглушающий гвалт и поток витиеватых ругательств. В небольшое помешение набилось столько народа, и я едва смогла разглядеть размахивающего руками рыжебородого вербовщика, к коему нас направил привратник. Кое-как протолкнувшись мимо разномастного люда, пробрались к массивному столу. Оказалось, что попали в гильдию очень вовремя. Происходило осеннее распределение заказов. Коли не охота купчине самому провожатых в дорогу искать, можно письмом в гильдии запросить. Выделят и охрану и защиту. Вот только между претендующими на выгодную работу наемниками порой вспыхивали серьезные споры, а иногда и до рукоприкладства доходило. Тут же в комнате, сжимая в кулаках скопленные монеты, топтались желающие наняться. Вербовщик представился Рушем, споро собрал с нас по три злота и махнул рукой на дверь.

– Через полчаса на центральную площадку подходите, на испытание.

– Эээ? На какое испытание? – я в недоумении тряхнула хвостом.

– На обычное, – рыжебородый устало вытер пот со лба, – сколько вам можно повторять. На всех площадях год как объявляют, – Руш заученно забубнил, – Так как наша гильдия состоит на службе у государства, любой желающий вступить в ряды храбрых каврийских наемников должен доказать свои боевые навыки, дабы при случае встать под знамена нашей страны в полной боевой готовности.

– Так мы же уже сколько лет ни с кем не воюем! – встрял травник.

– И что? – Вербовщик отмахнулся от него как от назойливой мухи, – сегодня не воюем, завтра воюем. И вообще, хватит у меня время отбирать. Вон сколько желающих! А, кстати, не пройдете испытание – злоты не возвращаются!